В Оренбурге состоится благотворительный спектакль «Маленькие комедии большого дома»

126
30 актеров выйдут на сцену ДКиС «Газовик» чтобы собрать деньги для Чебеньковского детского дома. Не смотря на то, что в спектакле нет ни одного профессионального актера, организаторы уверяют, что это никак не скажется на качестве игры. Участники провели серьезную подготовительную работу – репетиции длились на протяжении трех месяцев.
Премьера спектакля «Маленькие комедии большого дома», состоится 23 октября на сцене ДКиС «Газовик» города Оренбурга.

«Маленькие комедии большого дома» — спектакль Московского театра Сатиры, поставленный Валентином Плучеком в 1973 году по одноименной пьесе Аркадия Арканова и Григория Горина.
Смотровой ордер


Первый сюжет посвящён «квартирному вопросу». Молодые супруги Ивано́вы, произведя на свет троих близнецов (в которых никак не могут разобраться) получают по этому случаю 4-комнатную квартиру; они готовятся к переезду, — смотреть освобождающуюся квартиру приходит мать с великовозрастным, около 40 лет, сыном (Ива́новы) и его невестой. Матери не нравится невеста из Тюмени, да и сам брак она считает преждевременным — у сына на носу защита кандидатской диссертации, но женить его приходится ради получения 2-комнатной квартиры. Огорчённая тем, что «простому фрезеровщику» досталась 4-комнатная квартира, она созванивается с юристом и узнаёт, что кандидатам наук по закону полагается 20 метров дополнительной площади и, стало быть, сын после защиты сможет получить 2-комнатную квартиру без всякой женитьбы. Свадьба отменяется, невеста может лететь обратно в свою Тюмень. Однако вскоре выясняется, что невеста беременна, — и она вновь становится желанной: с ребёнком и с кандидатской степенью они смогут претендовать на 3-комнатную квартиру! Вот только невеста уже не хочет выходить замуж…
Грабёж
Второй сюжет посвящён проблеме, которая в эпоху «зрелого социализма» именовалась «вещизмом». Недавний провинциал по имени Алик вспоминает, как, приехав однажды в Москву в командировку, он познакомился с симпатичной москвичкой, как они показывали друг другу город: он ей — Третьяковскую галерею, Александровский сад, Храм Василия Блаженного и т. д., она ему — крупнейшие столичные универмаги… Они решили расписаться, когда пришли в магазин для новобрачных "Бархат". И вот теперь Алик с трудом передвигается, нередко ползком или на четвереньках, по заставленной мебелью и заваленной всевозможными вещами комнате. Квартира превращена в музей: вещи нельзя трогать, мебелью нельзя пользоваться — дабы не испортить; нельзя раздвинуть шторы и раскрыть окно: мебель выгорает — и т. д.
В квартиру забирается вор; в отсутствие супруги Алик разрешает ему уйти, но это оказывается провокацией: несчастный вор никак не может выбраться из комнаты. Алик требует, чтобы он сделал то, за чем пришёл: ограбил квартиру, и притом не мелочился, а вывозил дорогую мебель и прочие крупные предметы, — в противном случае он вызовет милицию. Незваный гость упирается, и тогда, изображая собственную жену, Алик заставляет грабителя прочувствовать весь ужас его семейной жизни. Проникнувшись состраданием, грабитель соглашается помочь ему найти управу на супругу…
Московская серенада
Третий сюжет представляет сразу несколько семей этого дома. Современный Ромео под балконом в стихах объясняется в любви своей Джульетте; она замужем и просит поклонника не тревожить сон соседей. Он пытается взобраться к Джульетте на балкон, но срывается и падает — и будит весь дом. Одни принимают его за грабителя, другие за любовника; но Ромео оказывается мужем Джульетты. Их любовь заставляет другие супружеские пары задуматься о своих взаимоотношениях.
Звуковое письмо
Монолог отца, которому никак не удаётся поговорить со своим сыном. Чтобы хоть как-то заставить сына выслушать его, отец записывает своё обращение на пластинку — под его любимые мелодии.
«Пой, ласточка, пой!»
Начальник ЖЭКа Николай Степанович хотел как лучше: он создал хор, пригласил профессионального хорового дирижёра и, пользуясь своей властью, прибегая порою и к прямому шантажу, принуждает жителей дома являться на репетиции. В оправдание своих жёстких мер Николай Степанович придумывает некий смотр художественной самодеятельности и усиленное давление, которое будто бы в связи с грядущим смотром на него оказывают «сверху». Но энтузиазма у хористов нет, поют они плохо, постоянно сбиваются и выводят из себя дирижёра; а узнав, что никакого смотра не будет, закатывают истерику и вовсе разбегаются. Не уходит только пожилая дама — профессиональный музыкальный педагог; дабы поднять настроение расстроенному Николаю Степановичу, педагог предлагает спеть. Они поют с удовольствием, и постепенно, один за другим возвращаются незадачливые хористы, включаются в процесс и с удивлением обнаруживают, что от пения можно получать удовольствие — если петь не из-под палки.